Гардарика
Интервью с Деяном Беричем. Часть IV.

- Кстати, о мародёрах. Я где-то читала, что и на нашей стороне встречались такие.

- Было, - не отпирается Деки. - Любая армия - это люди. А люди бывают разные. И с разными целями пришли на войну. Одни вышли, чтобы защитить семью, дом, близких. Другие - чтобы поживиться. Пока шли жёсткие бои, мы не могли с этим справиться, банально не хватало времени и сил. Но после Дебальцева, когда стало чуть спокойнее, Захарченко первым делом навёл порядок и уничтожил мародёрство как явление. Жёсткими мерами, да. Вплоть до расстрела особо несознательных. Кто успел - сбежали. Кто нет - похоронили. Среди нас в борьбе с мародёрами тоже были потери, и убитые, и раненые. Но это - неизбежная плата за порядок. Война - не повод грабить, тем более своих. Сейчас мародёрства на Донбассе нет.
- Украинская армия - необстрелянные пацаны, затем - фашисты-правосеки. Отличная боевая сила, - смеюсь. - А ополчение? Как и на каком опыте воевали они?

- А ополченцы в прошлом каждый второй служил в армии, каждый третий - Чечня, Афганистан и прочие горячие точки. Опыт есть, оружие было или раздобыли. А главное знаешь что? Они защищали свой дом. Свои города, близких. И это посильнее любого опыта, стимул великолепный.
- Гражданская война - странная штука, правда? Кто прав, кто виноват, кого хвалить, кого ругать...

- Пожалуй, - соглашается. - Гражданская война - это прежде всего много неправды и несправедливости. Начинают её, как правило, идейные. У них правильные цели, правильные лозунги, они искренне хотят всеобщего счастья и правды. И воюют честно. А потом на добытые ими победы
приезжают те, кто никаким боком не воевал, и начинают занимать посты в политике, а то и откровенно наживаться. Я, например, не знаю, сколько сейчас депутатов в Донецке, но совсем не уверен, что все они были здесь во время войны. И я считаю, что они не имеют права вершить судьбу страны сейчас, если не были с ней в трудные моменты. Может, я неправ... я не политик, просто высказал мнение.
- Ты был в плену. Расскажешь?

- Обычная история, - вспоминает Деки. - Саур-Могила, семь ранений. Бронежилет спас жизнь, но рёбра поломало качественно. Нужно было
отправить меня в травматологию. Как раз отправлялась колонна раненых, и нашу машину прикрепили к ней. Возле Луганского аэропорта нас
заблокировали двумя танками и забрали в плен. Потом продали "айдаровцам". Тогда это было обычной практикой - "айдаровцы" покупали
пленных, а потом перепродавали их или отпускали за выкуп. Мне повезло: в плен я попал в гражданской одежде, и тогда меня никто не знал. Этот приёмчик, представляться гражданским, мне рассказали друзья-ополченцы. Он не только меня выручил. Привели на допрос: снимай футболку - это они так татуировки искали. Многие воинские подразделения имеют "фирменные" татуировки. А у меня всё тело - сплошной синяк. Где, спрашивают, тебя так? На голубом глазу рассказываю, что попал в драку и получил за компанию от неизвестных людей. Назначили стоимость выкупа, разрешили позвонить. Я позвонил друзьям, они собрали нужную сумму дня за три. В общем, в плену я меньше двух недель пробыл. Это уже потом наши ребята, которых обменяли на украинских пленных после того, как я уехал, рассказывали, что "айдаровцы" поздно, но узнали о том, что за серб у них в гостях был. Знали бы сразу, что я снайпер и воюю на стороне ополчения - не видать мне свободы как своих ушей.

Продолжение следует